Единый вайнахский литературный язык - Разное
Среда, 07.12.2016, 15:28
.VVVAY.NET - ЗОНА ВАЙНАХСКОГО ИНТЕРНЕТА
Меню сайта
Логин:
Пароль:
Инфо на 07.12.2016

Поиск по сайту

Главная » Статьи » Разное

Единый вайнахский литературный язык

Статья Заурбека Куразовича Мальсагова о истории вайнахского литературного языка. О необходимости, возможности, предпринятых шагах и рекомендуемых мерах для приведения чеченского и ингушского языков к единому вайнахскому литературному языку. Публикуется с некоторыми сокращениями.

Политика царизма «разделения» и экономическая замкнутость различных районов Чечни и Ингушии создали к началу Октябрьской революции такие условия развития чечено-ингушского языка, которые исключали возможность практической постановки вопроса о едином литературном языке с первых же годов Великой Пролетарской революции.

Вопрос о единой чечено-ингушской письменности с первых дней советизации находится в центре внимания советско-партийной общественности. VII Ингушская областная партийная конференция в 1932 году специально обсуждала вопрос о едином чечено-ингушском литературном языке. В том же году этот вопрос был поднят по инициативе чеченской и ингушской делегации на Краевой партийной конференции. 

Неоднократно созывались чечено-ингушские конференции и совещания культурных работников по унификации алфавитов, грамматики, орфографии и терминологии. Эти же вопросы дискусировались на страницах национальной печати, но, как указывалось выше, административная разобщенность Чечни и Ингушии не позволяла осуществлять единое руководство культурной работой, поэтому все эти конференции о совещания не дали практических результатов. Отсутствие единого руководства и единого плана, вследствие административной разобщенности чеченской и ингушской областей, зачастую самочинные действия национальных издательств, особенно ингушского, служили значительным препятствием к сближению чеченской и ингушской письменностей.

Таким образом, до 1934 г., т.е. до административного объединения Чечни и Ингушии, не было достигнуто заметных результатов в деле формирования единого литературного языка, хотя за тот же период и чеченская, и ингушская письменности выросли колоссально.

Родилась чеченская и ингушская художественная литература. Начальная школа была обеспечена учебно-педагогической литературой, издавалась в массовых тиражах политпросветлитература. В результате всего этого уже к 1934 году имелись сформировавшиеся чеченский и ингушский письменные языки, выросшие: первый на плоскостном чеченском диалекте, а второй – на ингушском.

В 1920 г. З. К. Мальсагов составил ингушский алфавит на латинской основе. Алфавит этот был допущен к печати цензором Кавказской Красной Армии: позднее он (алфавит) был рассмотрен и утвержден Горнаркомисаром, который рекомендовал его для использования в качестве основы для других бесписьменных народов Северного Кавказа. Первая печатная страница на ингушском диалекте вышла 1 мая 1923 г. – первый номер газеты «Сердало». Значительно раньше, в 1921 г., был издан букварь для детей на плоскостном чеченском диалекте, составленный на приспособленном для чеченского языка арабском алфавите. Последний был значительно переработан через два года. В него были введены особые обозначения гласных и обозначения долготы их. Буквари для взрослых и детей на этом алфавите вышли в 1923 г. И только в 1925 г. после упорной массово-разъяснительной работы среди трудящихся, преодолев бешеное сопротивление кулацко-мулльской контрреволюции, чеченскими организациями был принят чеченский алфавит, разработанный тт. Сальмурзаевым, З. К. Мальсаговым и другими на основе латинизированного ингушского алфавита. Но этим еще не было достигнуто единство чеченского и ингушского алфавитов, которого нет и на сегодняшний день.

За это время проделана некоторая работа по изучению чечено-ингушского языка в его диалектальном разрезе, проведено несколько лингвистических экспедиций, благодаря которым в нашем распоряжении имеется такой материал, который позволит конкретно планировать развитие чечено-ингушской письменности.

Еще в 1924 г. З. К. Мальсагов писал: «Несомненно, во всяком случае, что комбинация разнообразных диалектических особенностей отдельных наречий может быть одним из способов разрешения этой задачи (создания «общечеченской», т.е. чечено-ингушской письменности – Д. М.), вообще говоря, не представляющий особо сложных затруднений* (* З. К. Мальсагов. «Общечеченская письменность». Журнал «Терский Вестник», Владикавказ, 1924 г.)

Как же он должен создаваться?

Выше указывалось, что в вопросе о путях создания литературного языка нет до сих пор четких установок, но в отдельных замечаниях в газетах «Сердало» и «Серло», в некоторых выступлениях при обсуждении этого вопроса, правда, недостаточно ясно, но наметились отдельные направления.

1. Выработать новый единый литературный язык, не считаясь с нормами ни чеченского, ни ингушского наречий. Новый литературный язык в таком случае по своей структуре будет отличным от существующего разговорного языка и тем самым будет непонятен не только трудящимся массам, но и решительно всем, за исключением, быть может, самого прожектера. Это был бы не живой разговорный язык, а нежизнеспособное, искусственное мероприятие, разрушающее работу по языковому строительству. Очевидно, к такому стремится и т. Тутаев, в № 87/938 газеты «Серло» предлагающий заменить личные формы местоимений «со», «хьо», «иза», «тхо», «шу», «изуш», «аса», «ахьа», «цо», «оху», «аша», «цара», - новыми выдуманными терминами: «сос», «хьос», «изос», «тхос», «шус», «изош». Стать на такой путь поистине значило бы «sos», т.е. сигнал бедствия на фронте языкового строительства Чечни и Ингушии и призыв к немедленной помощи. Все такие попытки внесения новшеств, не отвечающие нормам и структуре языка, а ломающие их, должны встречать решительный отпор.

2. Более приемлема (относительно) мысль некоторых т. т., высказанная на заседании Ингушской Терминологической Комиссии. В основу литературного языка положить одно из существующих наречий и работать над развитием этого наречия в литературный язык. Принятое наречие сделать обязательным для всей письменной литературы. В случае, если бы пришлось стать на этот путь разрешения задачи создания чечено-ингушского литературного языка, то, ясное дело, пришлось бы выбирать для основы литературного языка или чеченское или ингушское наречие. Первое из них пользуется тем неоспоримым преимуществом, что на нем говорит преобладающее большинство населения. Вместе с тем, нужно отметить, что диалектология Чечни не изучена, в пределах Чеченской автономной области имеется ряд диалектов, фонетические, лексические и морфологические особенности которых приближаются к ингушскому наречию. Если бы был положен в основу общего литературного языка один из диалектов плоскостной Чечни и всем предложено было бы писать на нем, то тем самым ингушское издательство обязано было бы прекратить свое существование, как ингушское, и все достижения, какие имеет Ингушия в области языкового строительства и частично в области культурного строительства, пошли бы насмарку. Вся ингушская литература (художественная, педагогическая, научная, популярная) должна была бы перестраиваться на чеченское наречие, верней, на один из диалектов его. А такая перестройка невозможна, ибо одно дело понимать речь, другое, несравненно сложнейшее, требующее знаний и навыков, как результат длительного изучения, - владение языком (наречием), чем обладает очень небольшое количество ингушей. Такой переход был бы непонятен трудящимся и значительно замедлил бы темпы культурного строительства в Ингушии.

Если бы в основу литературного языка положено было бы ингушское наречие, то неудобство его было бы еще больше. С одной стороны потому, что чеченцы меньше понимают ингушское наречие, чем наоборот, а с другой стороны, как отмечалось выше, чеченцев все-таки намного больше, чем ингушей, пропорционально чему увеличились бы и неудобства от такого перехода.

Указанные неудобства заставляют отвергнуть предложение о таком переходе на единый литературный язык, хотя преимущество его заключающееся в радикальности, соблазняет некоторых товарищей.

3. Остается третья возможность – дальнейшая работа по развитию чеченского и ингушского наречий, но с тем, чтобы это развитие качественно отличалось от нынешнего. Оба наречия, развиваясь, должны идти к единству, а не расходиться еще больше между собой, как ныне.

Если тот огромный путь, который сделали чеченские и ингушские наречия в своем развитии после Октябрьской революции нами был бы направлен к единству, то мы бы уже имели сегодня основу для единого литературного языка.

Напрасный труд утверждать, что такой переход к единству литературного языка слишком длительный, а потому результат он даст очень не скоро. При нынешних темпах развития языка это сближение будет идти колоссально быстро, больше того, темпы его будут все время нарастать. Нужно только твердо стать на путь сознательного сближения наречий чечено-ингушского языка* (*Д. Д. Мальсагов. «О едином чечено-ингушском литературном (письменном) языке». Жур. «Революция и горец». Ростов-Дон, 1933 г. и Ghalghaj terminologi sbornik. Buru, 1933)

После административного объединения чеченской и ингушской областей вопрос о литературном языке практически встал в порядок дня. Решено было разработать единую письменность на основе плоскостного наречия. И только своевременное вмешательство Сев.-Кав. Крайкома партии положило конец этому преждевременному мероприятию. В последние годы некоторые другие товарищи ударились в другую крайность. Они рассуждают приблизительно так: «Раз по Конституции Чечено-Ингушской республики сказано, что у нас три государственных языка: русский, чеченский и ингушский, - то нечего и говорить о развитии чеченского и ингушского языков к единству». Часто те товарищи, которые в своих работах доказывали необходимость немедленного создания единого литературного языка, на языковой конференции 1934 года отстаивали орфографию его, ныне против сближения письменностей.

До сих пор не делались даже попытки исследовать, в чем же в конце концов различие между плоскостным чеченским и ингушским диалектами. Обычные ответы об этих различиях, что между ними приблизительно такая же разница, как между русским и украинским языками, или между русским и белорусским, или же между севернорусским и южнорусским наречием – никого не могут удовлетворить. Задача данной работы попытаться ответить на этот вопрос и показать, что развитие к единству чеченской и ингушской письменности не только возможно, но и неизбежно.

Практика показывает, что после объединения областей, чеченская и ингушская письменности идут к сближению и придут к единству.

Огромный культурный рост чеченцев и ингушей, успехи социалистического строительства, на основе которых ликвидирована экономическая замкнутость чечено-ингушских обществ и, наконец, административное и территориальное единство – вот условия, которые созданы благодаря Ленинско-Сталинской национальной политике и которые определяют развитие письменных языков чеченцев и ингушей к единству.

Некоторые товарищи, даже из среды тех, кто непосредственно занимается вопросами чечено-ингушского языка и письменности, понимают под литературным языком установление таких норм в разговорной речи, которые были бы с сегодняшнего дня обязательны для всех носителей чечено-ингушской языковой культуры.

Это неверно. Нельзя чеберлоевцу, ауховцу и ингушу сказать: «Перестань говорить так, как ты говоришь от рождения, а говори по нормам нового литературного языка». Такая постановка вопроса нелепа, не в этом задача сегодняшнего дня. Под созданием единого литературного (письменного) языка следует понимать установление единых норм письменной речи, т.е. установление единого алфавита и единой орфографии на основе учета особенностей всего собственно чечено-ингушского языка, т. е. учета особенностей его диалектов. Литературное произношение будет усваиваться постепенно. Литературному произношению надо учить.

Весь ход развития чеченской и ингушской письменностей свидетельствует о том, что единый литературный язык должен быть создан путем сближения существующих двух письменностей.

Еще в 1933 году, как цитировалось выше, автор этой работы писал: «Напрасный труд утверждать, что такой переход к единому литературному языку слишком длителен, а потому результат он даст очень не скоро. При нынешних темпах развития языка это сближение будет идти колоссально быстро, больше того, темпы эти будут все время нарастать. Нужно только твердо стать на путь сознательного сближения диалектов чечено-ингушского языка на базе чеченского плоскостного диалекта». Советская действительность подтвердила это положение.

Основные расхождения между плоскостным чеченским и другими диалектами, главным образом ингушским, выражающиеся в различиях перегласовки гласных и наличии усеченных форм в ингушском диалекте, смогут быть ликвидированы путем введения тщательно разработанной орфографии на основе морфологическо-фонетического принципа и распространения на ингушский диалект правил написания полных форм вместо усеченных.

Никаких существенных неудобств означенные новшества в орфографию не внесут, а чеченскую и ингушскую письменные речи они значительно сблизят.

Вследствие того, что начальные формы слов в чеченском и ингушском диалектах в большей мере совпадают, чем производные, принятие морфологическо-фонетического принципа при составлении орфографии, вместо фонетического принципа, существенно сблизит орфографию.

Совершенно очевидно, что вся новая терминология, все вводимые в тот или иной диалект новые формы, обороты речи и т. д. должны быть общими для обоих диалектов, точно так же и весь лексический фонд всех диалектов чечено-ингушского языка должен быть достоянием будущего литературного языка.

Нужно также установить, ориентируясь на плоскостной чеченский диалект, единые формы словообразования, а также и формы словоизменения для новой терминологии.

Таким образом создастся единый чечено-ингушский литературный (письменный) язык без болезненных ломок, без задержки культстроительства в какой-либо части Чечено-Ингушии, а, наоборот, способствуя развитию его. На основе такого письменного языка будут постепенно нивелироваться различные особенности разговорного языка и вырабатываться единое литературное произношение.

Такой путь образования литературного языка представляется нам единственно правильным.

Чеченская и ингушская орфография, существовавшая до 1938 г., имела ряд существенных моментов расхождения, не вызванных диалектальными особенностями, которые затрудняли чеченцам и ингушам взаимопонимание письменной речи.

Главные из них: наличие в чеченской букв «ņ, ö, ü» и дифтонга «ie», тогда как их не было в ингушской. Написание ингушами окончания активного падежа через «z», тогда как чеченцами писалось «s», различие в написании окончаний «gh» и «x» во многих формах, различия в формах советизмов, интернационализмов и неологизмов. Различия в слитных и раздельных написаниях приставок и послелогов (чеченцы писали вместе, ингуши – отдельно); в написании союза «i»; обозначение в части слова редуцированного «ə» через «a», тогда как в чеченском он всегда обозначался через «i»; не обозначение дифтонга «oa» в чеченском письме, даже в тех словах, в которых он четко слышится.

Все это определяло такое ненормальное положение, при котором чеченцы и ингуши, совершенно свободно взаимно понимающие живую речь, несравненно хуже понимали письменную речь, а подчас в некоторых переводных текстах разбирались и вовсе неудовлетворительно.

Что письменная речь при нынешних исключительно больших сдвигах, происходящих в чечено-ингушском языке, заключающихся не только в усвоении им колоссального количества новых слов, главным образом из русского языка и через русский язык (интернационализмы), но и в усвоении новых синтаксических и морфологических норм, и даже новых звуков, - менее понятна, чем живая речь, нет ничего удивительного.

Составители «Чеченского и ингушского алфавитов на русской основе и орфографии», видимо, имели ввиду сближение чеченской и ингушской письменности и в этом они достигли многого.

Главные пункты, сближающие чеченскую и ингушскую орфографии после реформы 1938 года.

I. Ликвидация буквы носового «ņ», обозначавшей в чеченской орфографии назализацию предшествующей ей гласной и ограничение фиксации в письме назализации: носовой оттенок гласного передается буквой «н» после гласного в конце слова только в словах, отвечающих на вопросы «кого? чей?» и в немногих односложных словах, в которых он слышится, - и обозначение назализации буквой «н». Этим пунктом ликвидировано написание «н» в конце прилагательных, порядковых числительных, инфинитива, недавно прошедшего времени, причастий. Обозначение назализации через «н», введенное в чеченскую орфографию в 1938 году, вполне приемлемо для ингушского диалекта, ибо оно соответствует его нормам. Между тем, ингушская орфография (1938 г.) не допускает обозначение назализации вообще.

II. Ликвидация обозначения в чеченском письме дифтонга «ие», а обозначение его через звук «э» и «е», как в ингушском. Допускается в отдельных случаях обозначение этого дифтонга через «иэ».

III. Написание дифтонгов ав//ов через «ов», как в ингушском.

IV. Передача сомнительных гласных «а, о, и, е» в неударных словах через «а», как в ингушском.

V. Установление написания суффикса «алла», а не «улла», в ингушском «ал».


В свою очередь в ингушскую письменность орфографией 1938 г. внесены изменения, которые сближают ее с чеченской.

I. – написание окончания активного падежа единственного числа через «с», а не «з».

II. – написание окончаний дательного и вещественного падежа существительных, склоняющихся, как прилагательные, через «чунна» и «чунах».

III. – написание окончаний порядковых числительных через «гI», а не «х».

IV. – написание дифтонга «ей//ай» через «ай», как в чеченском.

Громадное большинство правил написания корней и морфем одинаковы для обоих диалектов, одинаковы правила слитного и раздельного написания слов и орфография советизмов и интернационализмов.

В целом орфография 1938 года является существенным шагом на пути к сближению чеченской и ингушской письменности.

Вместе с тем в алфавите есть ряд пунктов, затрудняющих взаимопонимание и могущих быть без ущерба для орфографии изменены. К таким принадлежит в ингушской орфографии:

I. Написание окончания прошедшего совершенного через «ар», а не «ира».

II. Написание краткого «ə» через «ы», а не «и».

III. Написание факультативных в живой речи окончаний родительного падежа и дательного падежей ă//ăн, ā//ăнна через а; á.

Следовало бы назализацию в ингушском письме обозначать точно так же и в тех же формах, как и в чеченском.

Вполне допускается в живой ингушской речи обозначение «уь» и «оь», точно так же как и обозначение «оа» в тех словах чеченской письменности, в которых он ясно слышится.

Совершенно излишне обозначение в ингушском письме «дж», «дз».

Нельзя согласиться с написанием «ы» в некоторых коренных словах в ингушском письме. Пункт об этом допущении гласит: «Краткая носовая гласная „и" в конце односложных слов изображается в ингушском письме через букву „ы".» Зачем назализованный «и» изображать через «ы», а не через «и», как это делается в чеченской орфографии?

Изложенными не исчерпываются те пункты, которые могли бы быть введены в орфографии и которые послужили бы к еще большему сближению их.

Заключение

Исходя из изложенного, считаем необходимым проведение следующих мероприятий, которые будут содействовать ознакомлению чеченцев и ингушей с литературными диалектами и выработке общих письменных норм:

1. Утвердить единый обязательный для всех чечено-ингушский алфавит.

2. Составить и издать на основе морфологическо-фонетического принципа свод орфографических правил по чеченскому плоскостному и ингушскому диалекту, имея ввиду ликвидацию в существующих орфографиях всех расхождений, неоправданных диалектными различиями.

3. Издать чеченский и ингушский орфографические справочники.

4. Составить и издать чечено-ингушский словарь расхождений.

5. Всю новую терминологию (интернационализмы, советизмы, неологизмы) вводить в одинаковой форме для обоих диалектов.

6. Составить и издать популярную сравнительную грамматику плоскостного чеченского и ингушского диалектов. Такая грамматика, правда, с некоторыми существенными дефектами существует, необходимо переработать ее.

7. Разработать и издать программы по родному языку для начальной и неполной средней школы, а также для педучилищ и педвуза.

8. Изучить диалекты чечено-ингушского языка и составить диалектологическую карту. Изучение проводить не только путем организации экспедиций, но и путем организации сети корреспондентов, прежде всего из националов-учителей, для облегчения работы которых по изучению диалектов составить словники, анкеты, программы.

9. Приступить к сбору материалов для чечено-ингушского диалектологического словаря.

10. В книге для чтения, ч. 2-я (во 2-м классе) ингушских школ ввести легкие для чтения и понимания чеченские тексты в объеме 5-10 проц. всей книги.

11. В 3-м и 4-м классах ингушских школ в хрестоматиях по литературе давать легкие для понимания чеченские тексты (проза и стихи). Объем этого материала не должен превышать 20-25 проц. всего учебника.
В ингушских учебниках по языку для 3-го и 4-го класса приводить чеченские грамматические параллели.
Целевая установка таких текстов – ознакомление детей с особенностями чеченского диалекта для понимания хрестоматийного текста.
В неполной средней школе ввести обучение грамматике литературных языков.
В школах плоскостной Чечни ввести чтение ингушских текстов и давать сведения о грамматических особенностях ингушского диалекта.

12. В педучилищах и педвузе ввести изучение чечено-ингушской диалектологии.

13. Хрестоматийный материал в ингушских 5, 6, 7 классах давать на 50% на чеченском диалекте. В чеченской школе ввести изучение и разбор на ингушском диалекте лучших произведений ингушских писателей.

14. Распространять в ингушских районах лучшие художественные произведения чеченских писателей и наоборот.
Чечено-ингушский литературный (письменный) язык явится крупнейшим достижением национальной культуры, достижением, прежде всего, ленинско-сталинской национальной политики коммунистической партии.
Категория: Разное | Добавил: Лоамаро (27.12.2010) | Автор: Дошлуко Дохович Мальсагов
Просмотров: 3641 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Вайнахский чат
Категории раздела
Вайнахские народы
Интервью
Вайнахские диаспоры
Разное
Аналитика
Персоны
Наш опрос
Какие регионы включить при отделении Кавказа от России?
Всего ответов: 810
Сейчас с нами
Онлайн всего: 3
Гостей: 2
Пользователей: 1
PeterSob
VVVAY.NET © 2016
О проекте
Обратная связь